Яндекс.Метрика


Какая у России национальная идея?
модернизация и демократизация
патриотизм и благосостояние всех жителей
Русь Святая, храни веру православную!
спортивные и экономические успехи
России не нужна национальная идея
Всего голосов: 439

 Архив
<< Октябрь 2020 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  
<< Архив новостей >>
По нашим данным,
просмотрено страниц:
Сегодня
76045
Всего
244653231

Rambler's Top100 Rambler's Top100  - logoSlovo.RU
 Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Дедуктивный метод. Православие на Северной земле
18/08/2014 13:08

Дедуктивный метод

Тест проводился следующим образом. Брали десять одинаковых стаканов и во все, кроме одного, наливали святую воду. Потом предлагали больному выбрать любой стакан и отпить из него воды. Опыт проводили трижды. Понятно, что человек не знал, в каком стакане простая вода. И если все три раза испытуемый безошибочно тянулся именно к стакану с обычной водой, то врачи отказывались его лечить медикаментами и отправляли в монастырь. «Это не наш, – говорили они монахам, – мы в этом случае бессильны»...

Рассказ


Очень давно, еще в самом начале священнического пути, я стал участником одной удивительной истории. Пытаюсь найти ей место в ряду повествований, так или иначе связанных с участием священнослужителей, и кроме как историй об отце Брауне, герое рассказов Честертона, ничего на ум не приходит.

Способность к дедуктивному образу мышления у меня обнаружилась еще в юности, когда я служил в армии срочную службу. Дело обстояло следующим образом. Наш командир полка потерял секретный документ. На самом деле в нем не было ничего секретного и проходил он по политической части, но гриф на нем стоял, и роспись командира в его получении имелась, а документа в наличии не было. И это накануне полугодовой проверки. Командир полка, лишь месяц назад назначенный на должность, понял, что его командирская карьера, скорее всего, этим месяцем и ограничится.

Вызвал он меня к себе, а я тогда был лейтенантом-двухгодичником и одновременно помощником начальника штаба полка, и говорит:

– Лейтенант, спаси меня, найди документ. Я тебя к медали представлю. Веришь? Клянусь! – и он торжественно, точно как в зарубежных фильмах, поднял вверх два пальца. Только Библии и не доставало.

– Ладно, – отвечаю, – будем спасать.

Три дня искали. Перерыли мы с моим сержантом всё что могли – нет документа. Куда только ни заглядывали, нет его, и всё тут. Конечно, бывали такие случаи, когда, желая насолить человеку, уворовывали секретный документ и просто сжигали. Но здесь… мстить тому, кто еще никого не успел обидеть? Маловероятно. И тогда, вспомнив о методе дедукции знаменитого Шерлока Холмса, я вернулся в офицерское общежитие, лег на койку и принялся думать. И нашел.

Предположил, что документ по ошибке могли вложить в личное дело одного из летчиков, благо что цвет корочки у личного дела был такой же. Звоню в вышестоящий штаб, куда мы отправляли почту, и точно – документ на месте.

Правда, вместо медали я попросил у командира десять суток отпуска. На самом деле, зачем мне медаль? На том всё благополучно и закончилось.

***

Я еще только-только начинал служить в церкви, и ко мне обратилась молодая женщина, мать двух маленьких детей.

– Батюшка, пришла просить освятить мне квартиру. Что-то у нас дома творится, а что – не пойму. Только плохо всё очень.

Квартиру я ей, конечно, освятил. И думаю: хорошо бы поговорить с человеком, о проблемах расспросить. Хотя священник я и неопытный, но все-таки, может, что-нибудь и присоветую. Бывает, Господь открывается и через простецов.

– Не знаю, отчего это с нами произошло, но стала я замечать за собой некоторые странности. Мы с мужем оба рано овдовевшие. Вот и потянулись друг к другу, у него ребенок, и у меня тоже. Всего, получается, двое. Он мужчина ответственный, обстоятельный и очень работящий. Без дела никогда не сидит. О семье заботится, на еду и одежду зарабатывает. Я с ребятишками дома. Ни я, ни он никогда не различали: это, мол, мои дети, а это – твои. И никогда такого не было, чтобы моему, значит, в первую очередь, а твоему после. Год назад я сильно заболела и лежала в больнице. Вернулась домой и заметила за собой неладное. Я начала жалеть хлеб его ребенку. Своего люблю, как и прежде, а его мальчик меня теперь всё больше и больше раздражает и даже вызывает чувство ненависти. Вот и с мужем. Раньше я встречаю его с работы, радуюсь, обнимаю, усажу за стол, накормлю. А сейчас меня словно подменили. Его еще нет, а у меня к нему злоба в груди закипает. Он еще не пришел, а я уже вся не своя. Дверь открывается, муж заходит – и я, точно собака, принимаюсь на него лаять. И не успокоюсь, пока не доведу человека до слез. Удивляюсь, как он еще меня терпит! Батюшка, ничего не понимаю. Чтобы я на кого-нибудь прежде так злилась?! Да не такой я по природе человек.

Ненависть к детям очень плохое чувство. Можно сказать, сатанинское. Стоп, а может, на самом деле здесь что-то нечистое?

Я ее слушаю, а сам думаю: ну ладно, мужа можно и разлюбить. Может, он ее обидел как-то нечаянно, внимание не проявил. Всякое случается в отношениях мужчины и женщины, но дети… Ненависть к детям очень плохое чувство. Можно сказать, сатанинское. Стоп, а может, на самом деле здесь что-то такое нечистое?

Здесь мой взгляд падает на большой семейный фотоальбом. Собираясь взять паузу, чтобы еще немного подумать, прошу посмотреть фотографии. Женщина открывает альбом и с удовольствием начинает рассказывать, кто и по какому поводу сюда попал.

Интересно, а это кто? Я смотрю на большую фотографию моей собеседницы, смотрю в ее глаза и вдруг понимаю, что это не она. Вернее, она – и одновременно не она.

Заметив, как пристально я всматриваюсь в изображение, женщина отзывается:

– Это в прошлом году меня муж снимал. Мы тогда гостили у его родителей.

Смотрю на нее, потом перевожу взгляд на фотографию, и снова на нее, и вновь на фотографию. Глаза, они разные – год назад и сегодня. Тогда теплые и лучистые, сейчас холодные и равнодушные.

– Мать, а что если ты на самом деле бесноватая? Посмотри на себя в зеркало. В глаза посмотри, а теперь сюда, на фотографию.

Она внимательно рассматривает свое отражение.

– Ой, как это?! Как такое могло случиться?

– Не знаю.

– А можно это как-то проверить?

Помню, в свое время, еще очень давно, вычитал я у кого-то из авторов очень простой и доступный тест на бесноватость. Им когда-то раньше, еще до революции, пользовались врачи-психиатры. Ставя больному диагноз, они сразу выясняли, чей это пациент и смогут ли они ему помочь.

Тест проводился следующим образом. Брали десять одинаковых стаканов и во все, кроме одного, наливали святую воду. Потом предлагали больному выбрать любой стакан и отпить из него воды. Опыт проводили трижды. Понятно, что человек не знал, в каком стакане простая вода. И если все три раза испытуемый безошибочно тянулся именно к стакану с обычной водой, то врачи отказывались его лечить медикаментами и отправляли в монастырь. «Это не наш, – говорили они монахам, – мы в этом случае бессильны».

Вот и мы с ней решили повторить тот же тест. Правда, десяти стаканов у моей хозяйки не нашлось, и тогда она выставила шесть традиционных хрустальных рюмок. Трижды она выходила из комнаты, потом возвращалась назад и брала понравившуюся ей рюмочку. И трижды безошибочно выбирала одну и ту же с простой водой.

– Ты никакой магией не занимаешься? Сейчас это модно. Может, заговоры читаешь или еще что-то там наподобие?

– Нет, – она напряженно о чем-то думает и выходит из комнаты. – Разве что только эту книжку лечебных православных заговоров из серии «Лечись молитвой». Я когда в больницу попала, мне ее одна женщина подарила. Сказала, что помогает. Что же теперь делать? Мне можно как-то от злобы моей избавиться?

– Наверно, да. Только теперь тебе нужно начать ходить в храм, молиться Богу, исповедоваться и причащаться. Это нелегкий путь. Но другого я не знаю. Подготовившись, поедешь в Троице-Сергиеву Лавру, поговоришь с духовниками. Возможно, и помогут.

В храм эта женщина пришла еще только один раз. Она дождалась меня, подошла после службы к кресту и сказала:

– Батюшка, катастрофа: после освящения мой муж стал таким же, как я. Это что же, получается: злом можно заразиться, словно гриппом?!

Больше я ее не видел.

***

Сегодня не принято разделять пациентов психиатрических клиник на людей реально больных и на людей бесноватых. Сегодня у нас все больные – и наркоманы, и алкоголики.

Был у нас на приходе один человек. Хороший человек, очень добрый, Игорем звали. Одна беда – алкоголик. Каялся часто. Встанет перед распятием и плачет:

– Прости меня, Господи, снова я напился.

Однажды он мне рассказал о своем детстве. Ему было лет шесть, когда старший брат решил научить его плавать. Вместе с другом они сели в лодку, вывезли малыша на середину реки и столкнули того в воду: «Жить захочешь – выплывешь!» И уплыли.

– Я закричал: «Боженька, помоги»! И пошел ко дну. Но в ту же секунду нащупал – не просто дно, а целую дорожку, ведущую к берегу…

– В том месте речка была достаточно глубокой. Я не ожидал, что вдруг окажусь в воде. Поначалу испугался, но потом принялся изо всех сил барахтаться. Только сил у шестилетнего ребенка немного. Мальчишки стоят на берегу, смотрят, как я тону, но на мои крики не отзываются. Тогда впервые в жизни я закричал: «Боженька, помоги»! Прокричал – и пошел ко дну. Думаю: всё, теперь точно утону, – и в ту же секунду нащупал ногою дно. Не просто дно, а целую дорожку, ведущую к берегу. Нащупал и выбрался на песок. Сколько раз потом я пытался найти эту дорожку. Всё дно обшарил. Нет ее. Вот так и вышло: брат хотел научить меня плавать, а научил молиться.

– Вернулся с праздника и не пил целый год. Ты знаешь, какое это счастье – не пить?!

Как стал алкоголиком? Сам не заметил. У нас вся семья запойные – и отец, и мы с братом. Месяц можешь не пить, два. На водку и не смотришь, а потом словно волна накатывает, накрывает тебя с головой, и ничего не можешь с собой поделать. Пьешь и напиться не можешь. Потом отпустит, снова живешь. Однажды добрые люди подсказали мне съездить в Серпухов к иконе «Неупиваемая Чаша». Приехал и сам того не ожидая угодил прямо на престольный праздник. Ходил вместе со всеми крестным ходом, молился и прикладывался к образу. Вернулся с праздника и не пил целый год. Ты знаешь, какое это счастье – не пить?!

В течение этого трезвого года Игорь снова женился. В его дом вошла верующая женщина, она и привела мужа в Церковь.

Но всё хорошее когда-то заканчивается, подошел к концу и его трезвый год. Другой бы снова поехал в Серпухов, но Игорь почему-то остался дома. И волна не заставила себя долго ждать, вновь накрыла и, вобрав в себя разум, совесть и волю несчастного, потащила за собою в хмельной омут. Запои участились, опустился человек. Наконец не выдержала жена:

– Ночью просыпаюсь и вижу моего Игоря. Батюшка, это уже не человек, а сущий демон. Ползает по полу на четвереньках и изрыгает хулу на всё святое. Глаза не мигают, и взгляд чужой, незнакомый. Не мой это муж, батюшка, страшно.

После ухода жены Игорь сдал еще больше: вразумлять-то теперь его было некому. У него часто текла носом кровь, а на лице виднелись следы от постоянных травм. Но даже таким он не забывал приходить в церковь. Говоришь ему:

– Ну что же ты, Игорь, руки-то опустил? Нельзя так, погибнешь.

– Знаю, только бороться уже сил не осталось.

Жалел я его, да и не я один. Хороший был человек. Как представишь его в компании потерявших человеческий облик пьянчужек – сердце кровью обливается. Многие о нем тогда молились.

Однажды находит он меня в храме, радостный такой, улыбается:

– Я Христа сегодня видел! Ночью вдруг просыпаюсь и вижу Его. В лунном свете Он стоит, такой узнаваемый!

– Я чего тебе скажу! Я Христа сегодня видел! Ночью вдруг просыпаюсь и вижу Его. В лунном свете Он стоит, такой узнаваемый, и на меня смотрит. Сколько в Его глазах любви, не рассказать… Я перед Ним на колени и умоляю: «Забери меня, Господи, я так устал. Может, лучше было бы утонуть мне тогда в детстве, я бы ангелом стал, а так – всю жизнь промучился». Он продолжает смотреть на меня, и я слышу: «Обязательно заберу. Ты потерпи немного».

После того случая никто больше Игоря пьяным не видел. Еще через месяц он пришел на исповедь, отстоял воскресную службу и причастился. То ночное видение окрыляло его и давало силы жить дальше.

Внезапно поселок потрясла новость. После работы мужики, как обычно, распивали. В тот вечер кто-то раздобыл бутылку спирта. Потом следствие установило, что в нем находился яд. Совсем немного, но этого хватило. Несколько человек погибло. Среди них и наш Игорь.

Обо всех, кто отравился, просили молиться заочно, а Игоря принесли в храм. Мол, раз он к вам ходил, вы и хороните.

Я отпевал его и думал: куда ты теперь, Игорек? Где найдет приют твоя исстрадавшаяся душа?

Конечно, алкоголики Царства Божия не наследуют. Одно согревало: этот горький пьяница до последнего цеплялся за Христа, а Господь, как известно, Своих не бросает.

***

Встречи, расставания… Вся жизнь состоит из множества пересечений, ни к чему не обязывающих взглядов, разговоров, прикосновений рук и губ. На первый взгляд, эти встречи случайны, но на самом деле в жизни ничего случайного нет. Что-то нам предлагается в преодоление и научение, а что-то – в утешение. Порой от встреч остается неприятный и даже болезненный осадок, а иногда – будто прикосновение теплого солнечного лучика.

Она приходила в церковь и улыбалась прихожанам, шла на исповедь и точно так же улыбалась священнику.

Эта девочка росла на наших глазах. В храм она стала приходить уже будучи ученицей старших классов. Потом куда-то уезжала получать специальность и вновь возвращалась к нам. Она никогда не отличалась особой религиозностью, не изнуряла тело постами или бессонными ночами. Нет, просто приходила в церковь и улыбалась прихожанам, шла на исповедь и точно так же улыбалась священнику. Во время службы улыбка если и сходила с ее лица, то глаза всё так же продолжали сиять радостью.

/p>

Помню ее неожиданную просьбу дать ей рекомендательное письмо. Она решила поучиться сестринскому делу в Москве при Марфо-Мариинской обители.

– Мне хочется послужить Богу и людям.

– А дальше что? Планируешь остаться в обители?

– Не знаю, как сложится. Вы только молитесь обо мне, пожалуйста.

Спустя год она, став патронажной сестрой, вступила в сестричество и осталась в обители.

На мой вопрос:

– Зачем? Ты могла бы создать и собственную семью. Жила бы в миру и точно так же помогала бы людям.

– Знаю, батюшка, но мое желание остаться в обители так сильно, что перевешивает все доводы.

Удивительное повторение. Еще в начале прошлого века, задолго перед революцией, ее прапрадед «заболел» таким же желанием. Ходил в монастырь к старцу и тот благословил сперва вырастить детей и только потом, если не ослабеет желание, вновь приходить для разговора. Не ослабело. С согласия жены построил в трех километрах от деревни пустыньку, в которой и прожил одиннадцать лет. Прожил бы и дольше, да только большевики разорили его уединение и прогнали пустынника.

Потомки подвижника по молитвам дедушки проводили жизнь добрую и благочестивую, дедушку вспоминали с благоговением, но о чем-то большем никто из них не помышлял.

Век спустя, уже в четвертом поколении от праведника, вновь у одного из его потомков проявилось неутолимое желание встречи с Богом.

Теперь она живет в Москве, на Большой Ордынке, но и нас не забывает. Приезжая к бабушке, бывает в храме. Всякий раз, разговаривая с ней, я смотрю в ее счастливые глаза и задаю всё один и тот же вопрос:

– Не жалеешь?

– Что вы, батюшка, ведь там настоящая жизнь!

В тот день я решил потрудиться у себя в алтаре. Службы не было и я, вооружившись кистью, поновлял один из углов – очень уж он закоптился. Двери в храм оставил открытыми, благо акустика у нас удивительная: всё слыхать. Но как она вошла, не услышал, и только когда совсем недалеко от алтаря кто-то негромко позвал: «Батюшка! Это я», – как был с кистью в руке, так и поспешил на выход. Точно, она. В черной, монашеского покроя одежде и в таком же – черного цвета – платочке. Глаза всё такие же ликующие:

– Я только на денек! Вчера вечером зуб разболелся, и меня благословили съездить к врачу. Никогда не болел, а сейчас вот, – она виновато развела руками, – так получилось. А я теперь еще и на клиросе пою! Какая же я счастливая, батюшка! Сейчас бабушку обниму и назад: мне на вечернюю хочется успеть.

Ее настроение передается мне, мы улыбаемся и смотрим друг на друга.

– Ну, я побегу?

– Храни тебя Господь, девочка! Спасибо, что не забываешь.

На следующий день крестил детей. Во время таинства стараюсь комментировать то, что делаем.

– А сейчас крестные с младенцами поворачиваются лицом на запад. И произносят крещальные обеты. Дети маленькие, и вы, взрослые, делаете это вместо них. Видите, мы не только на словах отрекаемся от сатаны, но даже и плюем на него. Да, вот так, «и дуни, и плюни на него»! Вдумайтесь: мы бросаем вызов врагу рода человеческого от лица этих маленьких человечков. И сейчас же не медля обращаемся ко Христу и посвящаем Ему наших детей. «Сочетаваеши ли ся Христу»? «Сочетаваюся»! Теперь мы никого не боимся. Мы плюем на всякую нечистоту, потому что с нами Сам Христос. А если Он с нами, то кто против нас?

В храме, как обычно во время крещения, многолюдно. Такое событие – праздник для всей семьи. Кто-то молится, кто-то просто стоит и с улыбкой смотрит на малышей. Папы, мамы, дедушки, бабушки – все тут.

Может, потому я сперва и не обратил внимания на молодого человека, лет 35, приятной внешности и спортивного телосложения. С таким человеком тянет если не поговорить, так хотя бы просто перекинуться парой дежурных фраз, улыбнуться и пожелать здоровья.

Одновременно было в нем что-то такое отталкивающее, что при более пристальном рассмотрении его лица, а особенно глаз моментально отбивало всякое желание с ним общаться.

После окончания крещения шумная счастливая толпа детей и взрослых дружно направилась к выходу. Храм опустел и сразу же погрузился в тишину. В этой тишине остались только мы двое – я и молодой человек, весь вид которого говорил, что он больше привык подчинять, нежели подчиняться.

Он стоял возле солеи и смотрел в мою сторону уверенным немигающим взглядом. Я догадывался: он хочет со мной заговорить. Только мне этого совсем не хотелось, потому я и попытался было пройти в алтарь, но мужчина меня окликнул:

– Батюшка, мне бы с вами поговорить.

Я остановился.

– Наблюдал за тем, как вы крестите, мне понравилось. Особенно эти ваши слова: «Мы плюем на врага рода человеческого». Да, замечательно.

Советник из фильма «Снежная королева» Советник из фильма «Снежная королева»
​Он говорит, а у меня в голове: где-то я видел этого человека. И тут же вспомнил: да это же Советник из старого советского фильма «Снежная королева», точно такой же – ни эмоций, ни улыбки.

– Я тоже был бы не прочь плюнуть в сторону сатаны, только – увы! – мне пришлось бы плевать в самого себя.

– Я тоже был бы не прочь плюнуть в его сторону, только, увы, не имею такой возможности. Потому как мне пришлось бы плевать в самого себя.

И видя недоумение в моих от удивления широко открывшихся глазах, без тени улыбки продолжил:

– Он во мне уже много лет, еще от юности. Как вошел? Не знаю. Просто однажды вдруг почувствовал в себе где-то здесь, в груди, ничем не насыщаемую огненную топку. Об этом состоянии трудно рассказать, его можно только испытать. Такие, как я, легко узнают друг друга – именно по наличию такой вот «топки» в груди.

– А что, таких, как вы, немало?

– Во всяком случае в моем окружении предостаточно.

Я удивился, узнав, кем он работает и какую в таком возрасте занимает должность.

– Не удивляйтесь. С ним чувствуешь себя уверенно и всегда добиваешься того, что задумал. Он ведет своего носителя по карьерной лестнице. С его помощью я легко пожираю тех, кто встает на моем пути. Потому что тот, кто во мне, обычно сильнее тех, кто был в них.

– Получается, что между такими, как вы, идет постоянная борьба?

– Нет, иногда мы любим друг друга, особенно когда собираемся вместе и напиваемся. Тогда те, кто в нас, пищат от радости. Мы способны выпивать очень и очень много и при этом не пьянеть и никогда после не болеть похмельем.

– Вы не пытались избавиться от того, кто в вас?

– Однажды попытался и даже ездил к одному мудрому монаху. Но не получилось. Скорее всего, я еще не готов с ним расстаться. Ведь тогда моя карьера рухнет и я потеряю способность подчинять себе других. С ним удобно. Например, входишь в церковь и сразу видишь, кто и какой страстью страдает. Имея такое знание, легко управлять человеком. А еще тот, кто во мне, личность необыкновенно творческая и позволяет находить выход из любой ситуации. Особенно когда мне требуется быстрота решения. В такие минуты я созываю подчиненных и устраиваю им разнос, кричу, обязательно матом, топаю ногами. Потом всех выгоняю, сажусь за стол и успокаиваюсь. Тогда в моей голове рождаются удивительные, порой просто гениальные решения. Как часто информация лавиной проходит сквозь мой разум. Я знаю то, о чем вы способны только предполагать. Например, мне известна иерархия темных сил, и я знаю, как они действуют. Вы что-нибудь слышали о такой книжке «Записки Баламута»?

– Клайва Льюиса? Не только слышал, но и читал.

– Я тоже ее прочел. Знаете, очень похоже на то, что есть на самом деле. Вы сегодня плевали на сатану. А ведь вы даже не представляете, какой он на самом деле.

– А вы представляете?

– Я чувствовал приближение сатаны. Как некую огромную духовную субстанцию, готовую ворваться в этот мир и поглотить его.

– Да. Несколько раз в своей жизни я чувствовал его приближение. Я чувствую его как некую огромную духовную субстанцию, готовую ворваться в этот мир и поглотить его. Но существует большая сила, что не допускает ему сюда прорваться. Какие-то малые начала проходят, но для него самого проход пока остается закрытым. Конечно, я вынужден постоянно подавлять в себе моего «подселенца». Но иногда он становится очень сильным и заставляет меня вытворять такое, о чем вам лучше не знать. Сейчас по телевидению часто показывают состязания между экстрасенсами. Я бы тоже мог в нем поучаствовать, но положение не позволяет. Хотя я знаком с некоторыми из тех, кто участвует в телепередаче «Битва экстрасенсов», периодически мы общаемся, и, скажу вам, они относятся ко мне с большим пиететом.

Мы беседовали с этим человеком около получаса. Под конец нашего разговора он вдруг и заявляет:

– Сейчас мне с моим «подселенцем» удобно. Я не говорю – комфортно, с ним никогда не расслабишься, но пока он мне нужен. Только я не собираюсь терпеть его вечно, потому что знаю, что такое ад, и сделаю всё, чтобы туда не попасть. Я человек верующий, ношу на себе крест с распятием, периодически хожу на службы, причащаюсь. И когда-нибудь обязательно от него избавлюсь, но не сейчас. Как у нас раньше говорили: пока еще не созрел.

Он попросил молитв, вежливо поклонился и ушел. А я остался стоять, пытаясь прийти в себя. Я не испугался его, нет, но от последнего признания, что такой человек еще и причащается, честно скажу, содрогнулся. Какой уж тут тест на бесноватость!

Почему-то на память пришел вчерашний неожиданный визит нашего светлого ангела из Марфо-Мариинской обители. И сопоставив события двух последних дней, понял, отчего у нее вдруг так внезапно заболел зуб и она появилась у нас в храме. Именно вчера, потому что сегодня должен был прийти он.

Еще понял, что я не один, – эта мысль согрела сердце и принесла успокоение.

Несколько дней спустя я попал по делам в митрополию и там неожиданно встретил моего хорошего товарища. Когда-то мы учились с ним в Свято-Тихоновском институте. Встретившись, зашли в кафе, вспоминая годы совместной учебы, наших товарищей и учителей. Всё еще находясь под впечатлением недавнего разговора с незнакомцем, я поделился с моим собеседником и спросил, что он обо всём этом думает?

Тот улыбнулся:

– В любом случае для тебя это тема очередного рассказа. И хорошо бы его подать в какой-нибудь интригующей форме. Представь, если бы на твоем месте оказался, ну, тот же Эдгар По или Конан Дойль с его диалогами между Шерлоком Холмсом и доктором Ватсоном.

Потом мы прогуливались с ним по городу и, сочиняя подходящий сюжет, оказались рядом с одним из храмов. Я вспомнил, что видел в нем замечательный образ святителя Николая, и немедленно предложил:

– Отче, давай зайдем. Мы хотим написать икону святителя Николая, а здесь как раз именно такой образ, который мне очень нравится.

Заходим. В церкви никого нет, только рядом с иконостасом стоит благообразная, пожилых лет женщина и читает Псалтирь. Едва слышно, вполголоса. На нас, двух вошедших священников, она не обращает внимания и продолжает читать. Мы подошли к иконе.

– Знаешь, я ее, пожалуй, сфотографирую. Нужно бы только спросить разрешения.

– У кого?

– Ну хотя бы у той же служки.

– Зачем? Я дружу с настоятелем этого храма. Так что пустые формальности, батюшка.

– Нет, как-то неудобно, мы же не у себя, нужно быть вежливыми, – и я направился к женщине.

– Матушка, простите, вы здесь поставлены следить за порядком, и я хочу попросить вашего благословения сфотографировать вон тот образ. Мы у себя в храме хотим написать такой же.

Женщина окинула нас, священников в облачении и при крестах, взглядом и вдруг закричала.

Женщина оторвалась от чтения Псалтири, окинула нас, священников в облачении и при крестах, взглядом и вдруг закричала. Не вспомню точно, что она кричала, только мы с другом вылетели из храма так, будто нас выгнали из него пинками. Оказавшись на улице, оглядевшись вокруг и придя в себя, я наконец спросил:

– Что это было, Ватсон? Вы что-нибудь понимаете?

– Еще не до конца, мистер Холмс. Пока ясно только одно: ведьмы любят читать Псалтирь.

Священник Александр Дьяченко




Первое богослужение прошло строящемся Михаило-Архангельском кафедральном соборе Архангельска 12 сентября, в день памяти святых Александра Невского и Даниила Московского. Служение Божественной литургии в нижнем храме собора возглавили епископ Архангельский и Холмогорский Даниил и епископ Южно-Сахалинский и Курильский Тихон. Архиереям сослужили клирики епархии. Помолиться за богослужением и поздравить владыку Даниила с днем Тезоименитства собрались представители светской власти и множество верующих.
Первая Литургия в строящемся кафедральном соборе Архангельска







Владимир Легойда: Пасху праздновали и во время чумы – отпразднуем и сейчас

 Церковь свидетельствует о том, что служение священников в условиях коронавирусной инфекции так же важно, как и работа врачей, сотрудников правоохранительных органов, социальных работников и других сограждан, которые идут на риск ради нас с вами.
Богослужения в храмах будут продолжаться. И мы надеемся на понимание власти в вопросе о возможности свободного передвижения священнослужителей как до храма, так и до жилища тех прихожан, кто вынужден оставаться дома и желает принять таинства Церкви. При посещении верующих на дому, священники, разумеется, соблюдают все меры предосторожности...

Обитель. Вслед за святым Дионисием

Святой основатель Глушицкого Сосновецкого монастыря поселился в красивом месте на вершине холма, мимо которого протекает Глушица - лесная речка, извилистая и быстрая. Путь ее лежит по Харовскому и Сокольскому районам в Сухону. Пока идешь по лесу от шоссе к месту, где преподобный Дионисий поставил обитель, Глушицу приходится преодолевать несколько раз. В свое время монахи через реку перекинули мосты и ухаживали за ними; следили за обеспечением пути к Сосновцу и насельники монастырских построек в XX веке. Здесь вначале устроили сельхозартель и детдом имени В. И. Ленина, после войны - психоневрологический интернат. А в 1990-е годы детей-инвалидов вывезли под Вологду, деревня Сосновец опустела....


Церковь о войне, убийстве на войне и о защите Отечества. Апология православного милитаризма

«Надо смотреть правде в глаза, современная война, по большей части, бесконтактна. Очень редко бойцы встречаются в окопах один на один в рукопашной. Война уже перестает быть столкновением двух масс войск в штыковой атаке, как это было в Отечественную войну 1812 года, в Первую и Вторую мировые войны. Всё сейчас строится на так называемом оружии массового поражения и на не индивидуализированном оружии. Если запретить освящать оружие массового поражения, то надо запрещать освящать всякое оружие, как таковое. Но это значит – поставить вопрос о легитимности защиты Отечества и о священном долге перед Родиной»...

Проповеди протоиерея Евгения Соколова (видео)

Когда мы выходим к людям с проповедью и не пытаемся обличить порочность жизни по соблазнам, а просто уговариваем немного поменяться - то в итоге ничего не происходит. Давайте вспомним апостолов. Да, они шли в языческий в мир с вестью о Христе, проповедуя эллинам как эллины, а иудеям как иудеи. Это в начале, но затем апостолы взрывали ситуацию изнутри, и именно по этой причине почти все закончили жизнь мученической смертью. Компромисс заканчивался тогда, когда вставал вопрос веры. Либо со Христом, либо против Него, и третьего не дано...

Коронавирусное «богословие»

Стоит ли утомлять читателя повторением простой христианской истины – Бог не создавал смерти, тления и всего того, что изобилует в современной т. н. экосистеме. Такое поврежденное состояние природы явилось следствием грехопадения первых людей. Это же знает любой посетитель воскресной школы… Здесь и далее архимандрит из абзаца в абзац повторяет одну и ту же элементарную, детсадовскую ошибку, мол, коронавирус может передаваться через Причастие, т. к. данный вирус не является злом, а всего лишь «частью» т. н. экосистемы. Верно. Коронавирус не является злом, т. к. он не личность, он не обладает личностным устремлением, но данный вирус является следствием искаженной, тленной природы. Но может ли смерть, тление передаваться через воскресшую и исцеленную природу Христа?..










www.pravoslavie-nord.ru .
Copyright "Архангельск-ИНФО" 2007
Создано на базе CodeIgniter