Яндекс.Метрика


Какая у России национальная идея?
модернизация и демократизация
патриотизм и благосостояние всех жителей
Русь Святая, храни веру православную!
спортивные и экономические успехи
России не нужна национальная идея
Всего голосов: 439

 Архив
<< Январь 2021 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31
<< Архив новостей >>
По нашим данным,
просмотрено страниц:
Сегодня
20506
Всего
251665710

Rambler's Top100 Rambler's Top100  - logoSlovo.RU
 Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Муза архиерейского хора. Православие на Северной земле
07/08/2015 20:17

Муза архиерейского хора

Она пела в архиерейском хоре в годы, когда в храмы не пускали сотрудники милиции, помнит 10 владык, возглавлявших Архангельскую кафедру, а ее записная книжка — рукописная триодь[1]. Сейчас, после 50 лет церковного творчества, Муза Ивановна Перекопская поет только дома, а воспоминания о жизни она облекает в стихи...


Она пела в архиерейском хоре в годы, когда в храмы не пускали сотрудники милиции, помнит 10 владык, возглавлявших Архангельскую кафедру, а ее записная книжка — рукописная триодь[1]. Сейчас, после 50 лет церковного творчества, Муза Ивановна Перекопская поет только дома, а воспоминания о жизни она облекает в стихи.


Муза архиерейского хора

 

Великая Отечественная война

Когда началась Великая Отечественная война, Музе было 16 лет. Она оставила 10 класс и пошла работать курьером-рассыльной в Нефтесбыт. «Ведь я почему бросила школу, — объясняет мне Муза Ивановна, — карточка рассыльной была 600 грамм хлеба, а иждивенца — 250. Голод, знаешь, какой был, у нас дома иногда совсем нечего было есть. Однажды осталась только горчица, и я эти зернышки вымочила и положила варить, чтобы хоть что-то поесть. У подруги мама работала в магазине, помню, пришла к ней и прошу дать мне на следующий день хлеб по карточке. Она говорит: «Я бы с удовольствием, Музонька, но завтра ты что будешь кушать? Ведь еще хуже будет». Помню, как-то разбомбили склад пединститута и все туда бегали и рылись в гари, чтобы найти хоть какую-нибудь еду».

В конце августа 1941 Музу вместе с 35 000 молодых ребят по распоряжению Райисполкома отправили на трудповинность в Заполярье. В трюмах трех пароходов их довезли до Кандалакши. «Там нас высадили, и двое суток мы провели у костра, потом кого-то оставили в городе, а я попала в вагоны, — теперь в таких возят скот— которые шли на Мурманск. Во время бомбежки нас выгоняли из составов, потом запускали, так и ехали. На Абрам-Мысе мы строили аэродром и не думали, конечно, что нас ждет в будущем, что будем хлопотать о чем-то, думали только, как бы выжить», — вспоминает Муза Ивановна. Молодежь приехала в Заполярье «в тапочках» — ребят отправляли на две недели. Потом уже родственники высылали теплую одежду. Муза вернулась в Архангельск примерно через полгода: заболела цингой и стоматитом.

Из Архангельска людей почти каждые две недели отправляли на трудповинности: строительство железной дороги, лесозаготовки. Муза грузила в вагоны крепеж, который отправляли на шахты, загружала зерно, разгружала баржи с сахаром, где вес каждого мешка был 80 килограмм. «Часто нас посылали на левый берег, на склады. Как-то был случай: надо уже отправлять поезд, а вагон не догрузили. Нас, девчонок, попросили сделать эту работу, пообещав дополнительную порцию каши. Мы сделали, но каши поесть уже не смогли — свалились», — грустно улыбается Муза Ивановна.

Военный Архангельск

В войну во всех школах и корпусах педагогического и лесотехнического института были устроены госпитали. Бывшая школьница Муза вместе с двумя подружками играла для раненых солдат на гитаре, пела военные песни, помогала писать послания домой. «Что еще рассказать о том времени... Видела, как во время бомбежки больные выскакивали из окон третьих, четвертых этажей госпиталя. Очень тяжело было и страшно», — добавляет она.

Во время нашего разговора обрывки страшных картин всплывают в памяти Музы Ивановны: «В начале войны это было — мы шли из Ильинского храма по улице Металлистов. Мимо в грузовике везли солдат из военкомата, вдруг в машину попала фугаска, она всех ребят в один миг нарушила...

На Архангельск с самолетов пускали «зажигалки»[2], нужно было успевать гасить их быстрее, чем разгорится пожар. Мы хватали бомбу и выкидывали ее на улицу или кидали в бочку с водой или песком, которые стояли почти на каждом на чердаке. От осколков фугасок прятались у сараев, чтобы не завалило».

Церковь

Крестили Музу в детстве, ее восприемниками были священник и монахиня. Мама же пела на клиросе в Ильинском соборе и брала девочку с собой: «Помню, мне лет шесть. Я забралась на лестницу и смотрю в алтарь, вдруг запели батюшки — мне тогда казалось, что это ангелы поют».

Когда Муза вернулась из Мурманска, то, несмотря на запрет властей пускать молодежь в храмы, она не переставала бегать в Ильинский собор. «Бегала помолиться и свечечку поставить, чтобы Господь помог и война скорее закончилась, чтобы Он облегчил наши мучения. Когда уже пела на клиросе, после войны[3], милиция огораживала храмы, все тропки даже с кладбища перекрывали. Приходилось вызывать батюшку, он подтверждал, что я певчая, только тогда и пускали, — вспоминает Муза Ивановна. — К священникам, как сейчас, в военные годы не относились. Сама наблюдала такую картину: батюшка идет по улице в рясе, а в него ребята кидают камни».

На вопрос, открывались ли в Архангельске храмы в годы войны, Муза Ивановна отвечает отрицательно: «Наоборот, все закрывалось, но службы соблюдались все время. Люди ходили в церковь, но мало. Были случаи, что окрестят, об этом кто-то узнает, слухи разнесутся, и человека исключали из партии и увольняли с работы. Гонения были сильные».

Но Музу Ивановну Господь уберег, ей удалось работать и служить в храме. После замужества (а венчалась пара по благословению архиепископа Леонтия (Смирнова)) молодая попала в верующую семью. Ее муж работал водителем в епархии, к свекрови приходили певчие из храмов, приезжие священники останавливались в доме на побывку.

«Я встала на клирос Ильинского собора в 1948 году, вскоре после свадьбы, служила в архиерейском хоре. Когда начинала, никакой богослужебной певческой литературы в храме не было, мы переписывали службы от руки: я до сих пор сохраняю эту тетрадочку. Тогда в соборе пели на два клироса: левый — повседневный, а правый — владычний. Мы служили всю Литургию, панихиду, молебен, и если было отпевание, то пели и его. Случалось, женщины дают рубль, но мы денег не брали, все было во славу Божию, — подчеркивает Муза Ивановна. — Батюшки и владыки меня ласково звали соловушкой. Бывало, идут мимо клироса в алтарь и говорят: «Муза, исполни сегодня птичку». Так они называли момент, когда я солировала. Любили священники мое сопрано. Голос же у меня был гораздо выше, чем сейчас».

Когда в Архангельске начали возрождать Никольский храм, Муза Ивановна стала помогать и там: «В Ильинском раннюю и позднюю службы отпою и бегу в Никольский. Потом отец Александр Козарик благословил меня помогать в часовне. Там я создала свой хор из пяти человек и долгое время регентовала им. Пропела я в церкви полвека. Жизнь прошла, а мне все больше добрые люди встречались».

Дарья Андреева



[1] Богослужебная книга, содержащая тексты изменяемых молитвословий подвижного годового богослужебного круга.

[2] Зажигалки — зажигательные бомбы.

[3] Муза Ивановна начала петь на клиросе Ильинского собора в 1948 году.




Первое богослужение прошло строящемся Михаило-Архангельском кафедральном соборе Архангельска 12 сентября, в день памяти святых Александра Невского и Даниила Московского. Служение Божественной литургии в нижнем храме собора возглавили епископ Архангельский и Холмогорский Даниил и епископ Южно-Сахалинский и Курильский Тихон. Архиереям сослужили клирики епархии. Помолиться за богослужением и поздравить владыку Даниила с днем Тезоименитства собрались представители светской власти и множество верующих.
Первая Литургия в строящемся кафедральном соборе Архангельска







Владимир Легойда: Пасху праздновали и во время чумы – отпразднуем и сейчас

 Церковь свидетельствует о том, что служение священников в условиях коронавирусной инфекции так же важно, как и работа врачей, сотрудников правоохранительных органов, социальных работников и других сограждан, которые идут на риск ради нас с вами.
Богослужения в храмах будут продолжаться. И мы надеемся на понимание власти в вопросе о возможности свободного передвижения священнослужителей как до храма, так и до жилища тех прихожан, кто вынужден оставаться дома и желает принять таинства Церкви. При посещении верующих на дому, священники, разумеется, соблюдают все меры предосторожности...

Обитель. Вслед за святым Дионисием

Святой основатель Глушицкого Сосновецкого монастыря поселился в красивом месте на вершине холма, мимо которого протекает Глушица - лесная речка, извилистая и быстрая. Путь ее лежит по Харовскому и Сокольскому районам в Сухону. Пока идешь по лесу от шоссе к месту, где преподобный Дионисий поставил обитель, Глушицу приходится преодолевать несколько раз. В свое время монахи через реку перекинули мосты и ухаживали за ними; следили за обеспечением пути к Сосновцу и насельники монастырских построек в XX веке. Здесь вначале устроили сельхозартель и детдом имени В. И. Ленина, после войны - психоневрологический интернат. А в 1990-е годы детей-инвалидов вывезли под Вологду, деревня Сосновец опустела....


Церковь о войне, убийстве на войне и о защите Отечества. Апология православного милитаризма

«Надо смотреть правде в глаза, современная война, по большей части, бесконтактна. Очень редко бойцы встречаются в окопах один на один в рукопашной. Война уже перестает быть столкновением двух масс войск в штыковой атаке, как это было в Отечественную войну 1812 года, в Первую и Вторую мировые войны. Всё сейчас строится на так называемом оружии массового поражения и на не индивидуализированном оружии. Если запретить освящать оружие массового поражения, то надо запрещать освящать всякое оружие, как таковое. Но это значит – поставить вопрос о легитимности защиты Отечества и о священном долге перед Родиной»...

Проповеди протоиерея Евгения Соколова (видео)

Когда мы выходим к людям с проповедью и не пытаемся обличить порочность жизни по соблазнам, а просто уговариваем немного поменяться - то в итоге ничего не происходит. Давайте вспомним апостолов. Да, они шли в языческий в мир с вестью о Христе, проповедуя эллинам как эллины, а иудеям как иудеи. Это в начале, но затем апостолы взрывали ситуацию изнутри, и именно по этой причине почти все закончили жизнь мученической смертью. Компромисс заканчивался тогда, когда вставал вопрос веры. Либо со Христом, либо против Него, и третьего не дано...

Коронавирусное «богословие»

Стоит ли утомлять читателя повторением простой христианской истины – Бог не создавал смерти, тления и всего того, что изобилует в современной т. н. экосистеме. Такое поврежденное состояние природы явилось следствием грехопадения первых людей. Это же знает любой посетитель воскресной школы… Здесь и далее архимандрит из абзаца в абзац повторяет одну и ту же элементарную, детсадовскую ошибку, мол, коронавирус может передаваться через Причастие, т. к. данный вирус не является злом, а всего лишь «частью» т. н. экосистемы. Верно. Коронавирус не является злом, т. к. он не личность, он не обладает личностным устремлением, но данный вирус является следствием искаженной, тленной природы. Но может ли смерть, тление передаваться через воскресшую и исцеленную природу Христа?..










www.pravoslavie-nord.ru .
Copyright "Архангельск-ИНФО" 2007
Создано на базе CodeIgniter