Яндекс.Метрика


Какая у России национальная идея?
модернизация и демократизация
патриотизм и благосостояние всех жителей
Русь Святая, храни веру православную!
спортивные и экономические успехи
России не нужна национальная идея
Всего голосов: 439

 Архив
<< Январь 2021 >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31
<< Архив новостей >>
По нашим данным,
просмотрено страниц:
Сегодня
48817
Всего
251772642

Rambler's Top100 Rambler's Top100  - logoSlovo.RU
 Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
САМЫЕ ДОРОГИЕ АЛМАЗЫ. Православие на Северной земле
17/11/2015 12:04

САМЫЕ ДОРОГИЕ АЛМАЗЫ

Кубенское озеро славится своенравием, жестким, а то и жестоким характером: вроде бы мелкое, но из-за этой самой мелкоты волны здесь могут быть высокими, хлесткими, убийственными. Тивериадское озеро, море Галилейское, хоть и потеплее, но не менее своенравно – тем лучше можно себе представить чувства апостолов, попавших в бурю. Наверное, одним из первых их чувства хорошо понял белозерский князь Глеб Василькович, когда в день Преображения Господня в 1260 году его корабль, прошедший из Белоозера, попал здесь, в Кубенском, в лютую бурю. Князь спасся: он и его люди были вынесены волнами на крохотный Каменный остров...



Крохотный остров, этот Спас Каменный – всего за пять минут обойти можно. Но, побывав здесь однажды, понимаешь, что эти пять минут важнее суетливых столетий.

 

    

 

Мир, в котором гибель людей используется лишь как очередной заголовок к «горячей» новости, уже завтра равнодушно забытой, а ежедневные биржевые сводки воспринимаются всерьез и с тревогой, как вести с фронта, – простите, здоровым назвать сложно.

Впрочем, это не открытие нашего времени – давно же было сказано, где лежит мир и как к нему имеет смысл относиться, если человек воспринимает свою жизнь и душу всерьез: Первое послание апостола Иоанна буквально кричит об этом. Сказано Тем, Кто мир победил, «ибо так Бог возлюбил его» (Ин. 3: 16), – такой вот парадокс.

 

    

 

Тяга к свету, светлая печаль «по настоящему», мучительное стремление подальше «от всего этого» – она заложена, наверное, в каждом человеке. Поэтому мы и воспринимаем слова о бегстве от мира не как какую-то слабость, малодушие или трусость, а как достойное следование человеком своей дорогой, узкой и извилистой, в совершенно правильном направлении.

Пытаться бежать от мира можно, конечно, и в квартире: обложиться умными книжками, читать, молиться… Но хочешь – не хочешь, а мир даст о себе знать: то голосом пьяного соседа снизу, то звонками от коллег, то необходимостью бежать сломя голову на работу или в магазин. Так что при всем желании далеко не убежишь. Плюс обязанности мирские, необходимые и вполне логичные… Да и слаб человек – слабеет же воля, легко может поддаться всякой мишуре. Тем лучше, что при всей нашей внутренней слабости живем мы в России. Это действительно благословение Божие – сама география дает потрясающую возможность отстраниться, прийти в себя – причем успешно. Пространства огромные – беги себе на здоровье. Или плыви.

 

    

 

Здесь, на этом островке, уже в XIII веке стояли монашеские келлии

Кубенское озеро славится своенравием, жестким, а то и жестоким характером: вроде бы мелкое, но из-за этой самой мелкоты волны здесь могут быть высокими, хлесткими, убийственными. Тивериадское озеро, море Галилейское, хоть и потеплее, но не менее своенравно – тем лучше можно себе представить чувства апостолов, попавших в бурю. Наверное, одним из первых их чувства хорошо понял белозерский князь Глеб Василькович, когда в день Преображения Господня в 1260 году его корабль, прошедший из Белоозера, попал здесь, в Кубенском, в лютую бурю. Князь спасся: он и его люди были вынесены волнами на крохотный Каменный остров. И здесь, на этом островке, за целый век до того, как из Радонежа стали уходить в русские просторы ученики преподобного Сергия, уже стояли монашеские келлии: Глеба Васильковича, как повествует предание, встретили 23 инока, жившие на Каменном. Благодарный князь пообещал построить здесь храм и обитель – до его появления на острове была только небольшая часовня, а сами иноки несли миссионерское служение, проповедуя Христа местным языческим племенам. Так и появился Спасо-Преображенский монастырь, который по имени острова Каменного стал именоваться Спасо-Каменным.

 

    

 

Подробная история обители – предмет для отдельной и большой статьи, а то и научной работы. Замечу лишь, что на протяжении веков обитель знала всероссийскую славу и всероссийское же забвение: то пользовалась почтительным вниманием великих князей, то испытывала тяжести общественного пренебрежения. В ХХ веке ее вообще разорили: сначала устроили колонию для малолетних преступников, а потом она и вовсе превратилась в «место отдыха» для окрестных рыбаков и туристов. Преображенский храм (не пожалели ведь сил и средств!) был взорван – большевистский стандарт, хорошо всем известный.

Но сейчас обитель ожила и восстанавливается. Начал это в конце 1980-х годов Александр Николаевич Плигин, в буквальном смысле слова положивший жизнь за возрождение обители. Переехал с семьей на остров: жил здесь и по крупицам собирал, казалось, навсегда утраченное. Всего себя отдал монастырю до конца – его могила находится здесь же, на любимом острове.

Но обратимся к дню сегодняшнему.

 

    

 

Игумен Дионисий завел твердое правило: службы совершаются каждую субботу и воскресенье в любую погоду, при любых условиях

Игумен Дионисий (Воздвиженский) живет себе один на острове, радуется и никаким отшельником себя не считает: отшельник живет один всегда, а сюда постоянно приезжают строители и паломники. Завел твердое правило: службы совершаются каждую субботу и воскресенье в любую погоду, при любых условиях. Люди к этому привыкли и знают, что в эти дни всегда можно приехать на остров. Если, конечно, озеро позволит. И в этот раз, несмотря на промозглый осенний день, позволило. Честное слово, Тивериадское море теплее! – это вы поймете с первой минуты в монастырской лодке, несущейся по озеру и принимающей «приветы» от постоянного спутника – северо-западного ветра. На причале вас встретят два серьезного вида кота и лабрадор Юстас: коты будут пихаться, толкаться и требовать рыбы, а Юстас улыбаться: мол, отгадай, какому Алексу я пишу письма.

 

С юмором на острове всё в порядке – об этом свидетельствует местный рукотворный «барометр». Висит на крючке веревка, а на дощечке за ней надпись: «Веревка мокрая – роса; веревка качается – ветер; веревки не видно – туман; веревку видно – ясно; веревки нет – кому-то понадобилась». Но юмор юмором, а дел хватает с избытком. И главное дело, после молитвы разумеется, – это восстановительные работы. В течение нескольких лет, как говорит отец Дионисий, получилось почти полностью восстановить колокольню Успенского храма и построить прилегающий к ней братский корпус – это удается при помощи выделяемых государственных средств. Памятник-то федеральный!

 

– Планы? – улыбается он. – Скорее мечты! А больше – молитвы. Да, надеемся на восстановление братского корпуса: в нем будут и келлии, и трапезная, и церковь. Храмовое помещение уже есть, но используем мы его не так часто, ведь оно, во-первых, холодное, а во-вторых, нам пока вполне хватает маленького помещения колокольни, где мы служим Литургии.

Только летом, если приезжает много паломников, открывают холодный летний храм.

 

Кроме того, необходимо и восстановление взорванного в 1937 году Преображенского храма: страшно смотрятся его развалины в самом центре Спасо-Каменного! Можно было бы попытаться списать их на «исторические руины», но, по общему убеждению, никакой культурной ценности они не несут – напоминают лишь о трагических последствиях богоотступничества. Так что храм строить надо.

 

И хотя на остров попасть непросто, ни разу не пришлось служить Литургию в одиночестве: всегда есть сомолитвенники

Но, как убежден отец Дионисий, «самое главное – это молитвенное спокойствие». Несмотря на то, что обитель островная и добраться до нее – это не «съездить в туристическую паломническую поездку» и так просто сюда не попадешь, ни разу не было такого, чтобы служить Литургию приходилось в одиночестве: всегда есть сомолитвенники. Да, было дело, что приходилось служить без певчих или пономаря, но «двое или трое, собранные во имя» Христа, всегда есть. Вот это радует: люди, пренебрегая трудностями дороги, стремятся сюда попасть – и не для экзотики, а для молитвы.

– Оттого, думаю, и молитва здесь особая: у кого выстраданная, у кого благодарная, но всегда честная, – уверен отец Дионисий.

 

    

 

Обходим остров (это совсем нетрудно – минут пять займет весь обход), смотрим на новый фундамент. Отец Дионисий задумчиво рассуждает об особенностях фундамента:

– Хорошо, мудро предки строили, сооружая фундамент из валунов. Можно ведь как? – Залить всё намертво бетоном – будет казаться, что всё, монолит недвижимый, а когда из-за мороза почва двигаться начнет, так и трещины пойдут! И стены начнут разрушаться. А тут подход традиционный, выработанный веками: и фундамент получился эластичный. Он крепкий, основательный, держит корпус, но учитывает колебания почвы. Так и с душой, наверное: основание должно быть крепким, но не мертвым. Иначе – трещины, развалины…

Есть повод порадоваться и за местных жителей: еще несколько лет назад на остров по старой памяти приезжали повеселиться «отдыхающие». Гогот, плавки, все прочие атрибуты «активного отдыха на природе». Сейчас, если приезжают, то почти всегда – осторожное внимание, никакого глупого веселья и плавок, серьезные вопросы игумену. Может, и наивные, но серьезные. Это хорошо. Значит, обитель светит – тихим, мягким, настойчивым и добрым светом.

 

    

 

Поднимаемся на колокольню, на самый верх. Отец Дионисий привычно ежится: северо-западный ветер суров. Смотрим вдаль, как раз на северо-запад – оттуда и шла ладья князя Глеба почти восемь веков назад, в той стороне были и знаменитые волоки, а за ними – Шексна и Белоозеро. Оживает история, когда смотришь на эту светлую и суровую мощь. Но не только история – еще и 103-й псалом.И вторая книга, данная Богом, по словам М.В. Ломоносова, из которой мы можем узнать о Христе, – природа предстает здесь и таинственной, и раскрывающей свои тайны.

“Гора льда вздымалась метров на десять, а сквозь лед пробивалось солнце – всё играло алмазами. Не молиться просто невозможно!”

Игумен рассказывает, что прошлой весной, в конце апреля, проснулся от сильного шума: начал ломаться лед на озере. Треск стоял внушительный – настоящий грохот! Вышел из келлии – все озеро как живое существо. Можете себе представить, что гора льда, которую соорудило Кубенское за несколько часов, вздымалась метров на десять? Льдины забираются друг на друга – валуны на гребень затаскивают. А сквозь лед пытается пробиться солнце – всё играет алмазами.

– Не молиться было просто невозможно!

 

    

 

Так и призадумаешься, что такие алмазы будут много драгоценнее и, что самое интересное, доступнее всяких там «Сваровски» – надо только уметь видеть.

– Отец Дионисий, можно к следующему ледоходу приехать, фотографии сделать? – не смог удержаться я от вопроса.

– Приезжайте. Только заранее, недели на две в общей сложности. Озеро-то непредсказуемое. Бывает, что лед тихо сойдет, без алмазов… А я однажды на льдине катался – стра-а-ашно!

 

    

 

Нет здесь, на острове, излишнего, суетного попечения «о том, что ясти или пити»: еды хватает на всех – и паломников, и строителей. Кто сам привозит еду, а иногда она просто так появляется – на радость, в том числе обоим котам подозрительного вида. Отец Дионисий занимается рыболовством: ставит иногда сети. Судак, щука, лещ, окунь – привычные гости в скоромные дни. Сам суп варит

– В этот раз, похоже, не суп, а каша получилась, уж простите. Но за грибами мы иногда ходим: отъезжаем к берегу – и в леса. Там люди почти не ходят, только если местные, кубенские.

И хлеб свой есть, островной, спасский.

– Зато не каменный! – смеется игумен.

Трудно представить, но чеснок, лук, зелень – со своего огорода. Настоящий такой вкус – импортозамещающий, ядреный.

 

    

 

Спускаемся в храм. Действительно, маленький. Но очень уютный – наверное, еще и оттого, что расположен в колокольне.

“Не нужно спешить: служба – это же молитва, а не скороговорка, и для молитвы нужны время, спокойствие и трезвый ум”

Отец Дионисий любит Святую Гору, придерживается некоторых афонских богослужебных традиций: служатся все службы. Если уж полунощница, то с утра пораньше, так же и утреня. Правда, считает необходимым делать небольшие перерывы между службами – чтобы их не сокращать и чтобы воспринимать их без усталого невнимания: на ясную голову полная служба воспринимается как надо! Не нужно спешить: служба – это же молитва, а не скороговорка, и для молитвы нужны время, спокойствие и трезвый ум.

 

    

 

Странное дело: тут и буря может быть, и ветер пронизывать до костей, и лед поднимать многопудовые глыбы, а и голова ясна, и душа спокойна, и никакой тебе суеты. Так и вспомнишь (и перечитаешь) святителя Игнатия (Брянчанинова) – его «Думу на берегу моря»:

«Кому подобен христианин, переносящий скорби земной жизни с истинным духовным разумом? – Его можно уподобить страннику, который стоит на берегу волнующегося моря. Яростно седые волны подступают к ногам странника и, ударившись о песок, рассыпаются у ног его в мелкие брызги. Море, препираясь с вихрем, ревет, становит волны, как горы, кипит, клокочет. Волны рождают и снедают одна другую; главы их увенчаны белоснежною пеною; море, покрытое ими, представляет одну необъятную пасть страшного чудовища, унизанную зубами. На это грозное зрелище с спокойною думою смотрит таинственный странник. Одни глаза его на море, а где мысль его, где сердце? Мысль его – во вратах смерти; сердце – на суде Христовом. Здесь он уже предстоит умом, здесь он предстоит ощущением, здесь его заботы, здесь страх его: от этого страха бежит страх земных искушений. Утихнут ветры, уляжется море. Где холмились гневные волны, там расстелится неподвижная поверхность утомленных бурею вод. После усиленной тревоги они успокоятся в мертвой тишине…

 

    

 

Это небо, этот берег, эти здания сколько видели увенчанных пеною гордых, свирепых волн? И все они прошли, все улеглись в тишине гроба и могилы. И идущие мимо идут, успокоятся также! Что так зыбко, так непродолжительно, как венцы из пены влажной! Взирая из тихого монастырского пристанища на житейское море, воздвизаемое бурею страстей, благодарю Тебя, Царю и Боже мой! Привел Ты меня в ограду святой обители! Скрыл меня в тайне лица Твоего от мятежа человеческаго! Покрыл меня в крове от пререкания язык! О том только печальна душа моя, о том смущаюсь неизвестностию, что пройду ли отсюду, с берега житейского моря коловратного, неверного, в место селения дивна, даже до дому Божия, во гласе радования и исповедания шума празднующаго, вселюсь ли там в век века? Что ж до скорбей земных – на Бога уповах: не убоюся, что сотворит мне человек?»

 

    

 

Крохотный остров, этот Спас Каменный – всего за пять минут обойти можно. Но, побывав здесь однажды, понимаешь, что эти пять минут важнее суетливых столетий.

Хорошо, что Россия большая: есть куда сбежать и над чем призадуматься. Есть в ней место для того, чтобы мир почувствовал себя неотмирным и чистым.

 

    

 

Петр Давыдов

 


Для желающих оказать посильную помощь обители публикуем реквизиты:

Православная религиозная организация Архиерейское подворье «Спасо-Каменный монастырь» Вологодской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)

  • ИНН 3525179378
  • КПП 352501001
  • ОГРН 1073500000155
  • р/с 40703810312000001013
  • Отделение N 8638 «Сбербанка России», г. Вологда,
  • БИК 041909644
  • к/с 30101810900000000644



Первое богослужение прошло строящемся Михаило-Архангельском кафедральном соборе Архангельска 12 сентября, в день памяти святых Александра Невского и Даниила Московского. Служение Божественной литургии в нижнем храме собора возглавили епископ Архангельский и Холмогорский Даниил и епископ Южно-Сахалинский и Курильский Тихон. Архиереям сослужили клирики епархии. Помолиться за богослужением и поздравить владыку Даниила с днем Тезоименитства собрались представители светской власти и множество верующих.
Первая Литургия в строящемся кафедральном соборе Архангельска







Владимир Легойда: Пасху праздновали и во время чумы – отпразднуем и сейчас

 Церковь свидетельствует о том, что служение священников в условиях коронавирусной инфекции так же важно, как и работа врачей, сотрудников правоохранительных органов, социальных работников и других сограждан, которые идут на риск ради нас с вами.
Богослужения в храмах будут продолжаться. И мы надеемся на понимание власти в вопросе о возможности свободного передвижения священнослужителей как до храма, так и до жилища тех прихожан, кто вынужден оставаться дома и желает принять таинства Церкви. При посещении верующих на дому, священники, разумеется, соблюдают все меры предосторожности...

Обитель. Вслед за святым Дионисием

Святой основатель Глушицкого Сосновецкого монастыря поселился в красивом месте на вершине холма, мимо которого протекает Глушица - лесная речка, извилистая и быстрая. Путь ее лежит по Харовскому и Сокольскому районам в Сухону. Пока идешь по лесу от шоссе к месту, где преподобный Дионисий поставил обитель, Глушицу приходится преодолевать несколько раз. В свое время монахи через реку перекинули мосты и ухаживали за ними; следили за обеспечением пути к Сосновцу и насельники монастырских построек в XX веке. Здесь вначале устроили сельхозартель и детдом имени В. И. Ленина, после войны - психоневрологический интернат. А в 1990-е годы детей-инвалидов вывезли под Вологду, деревня Сосновец опустела....


Церковь о войне, убийстве на войне и о защите Отечества. Апология православного милитаризма

«Надо смотреть правде в глаза, современная война, по большей части, бесконтактна. Очень редко бойцы встречаются в окопах один на один в рукопашной. Война уже перестает быть столкновением двух масс войск в штыковой атаке, как это было в Отечественную войну 1812 года, в Первую и Вторую мировые войны. Всё сейчас строится на так называемом оружии массового поражения и на не индивидуализированном оружии. Если запретить освящать оружие массового поражения, то надо запрещать освящать всякое оружие, как таковое. Но это значит – поставить вопрос о легитимности защиты Отечества и о священном долге перед Родиной»...

Проповеди протоиерея Евгения Соколова (видео)

Когда мы выходим к людям с проповедью и не пытаемся обличить порочность жизни по соблазнам, а просто уговариваем немного поменяться - то в итоге ничего не происходит. Давайте вспомним апостолов. Да, они шли в языческий в мир с вестью о Христе, проповедуя эллинам как эллины, а иудеям как иудеи. Это в начале, но затем апостолы взрывали ситуацию изнутри, и именно по этой причине почти все закончили жизнь мученической смертью. Компромисс заканчивался тогда, когда вставал вопрос веры. Либо со Христом, либо против Него, и третьего не дано...

Коронавирусное «богословие»

Стоит ли утомлять читателя повторением простой христианской истины – Бог не создавал смерти, тления и всего того, что изобилует в современной т. н. экосистеме. Такое поврежденное состояние природы явилось следствием грехопадения первых людей. Это же знает любой посетитель воскресной школы… Здесь и далее архимандрит из абзаца в абзац повторяет одну и ту же элементарную, детсадовскую ошибку, мол, коронавирус может передаваться через Причастие, т. к. данный вирус не является злом, а всего лишь «частью» т. н. экосистемы. Верно. Коронавирус не является злом, т. к. он не личность, он не обладает личностным устремлением, но данный вирус является следствием искаженной, тленной природы. Но может ли смерть, тление передаваться через воскресшую и исцеленную природу Христа?..










www.pravoslavie-nord.ru .
Copyright "Архангельск-ИНФО" 2007
Создано на базе CodeIgniter